Текст песни Вера Полозкова feat. Eduard Konovalov - Край у нас широк
Просмотров: 1
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
На этой странице находится текст песни Вера Полозкова feat. Eduard Konovalov - Край у нас широк, а также перевод песни и видео или клип.
Устроители тайных месс
Продавцы ритуальных слез
Сочинители черных пьес
Мы, стареющие, увы
Власти этой степи большой
Боги топлива и жратвы
Постановщики войн и шоу
Вот такую вот шваль, как вы
Ненавидящие душой
Значит, мы вас собрали здесь
Так сказать, разместить заказ:
Мы из вас выбиваем спесь
Вы садитесь бессмертить нас:
И шизофазию наших речей
И мутации наших лиц
Все запечатлейте до мелочей
Все запомните до крупиц
Чтобы без посторонних глаз
Очень тихо, ведь сдаст любой,
Рассказать сыновьям о нас
Вдохновить их своей борьбой
За влияние на умы
Вас распнет потом большинство:
Мы нормальные силы тьмы
Нам забвенье страшней всего
Так что, мастера хорошо приврать
Даровитые дураки:
Открываем-ка все тетрадь
Пишем с красной строки
Многовато мы пили для настоящей борьбы с режимом
Маловато спали для смены строя:
Но судьба улыбается одержимым
И мы стали сначала твари, потом герои
Наглотались всесилия, выплыли на поверхность
Превратились в профиль на монете
Потихоньку вешаем дурачков, что пришли нас свергнуть
Нет, когда-нибудь обязательно. Но не эти
Эти ничего не умеют толком, кроме проклятий
Не бухают, не знают песен: не любят жизни
Так и говорю на допросах: сам посуди, приятель
Как такие зануды могут служить отчизне?
Край у нас широк, изобилен
Бесконечно сакрален
Сколько у нас древних зубодробилен
Вековых душераздирален
Перед путешественником, где черен
Где еще промышленно не освоен
Целый горизонт лежит живодерен
И предателебоен
Всяк у нас привит, обезболен
Власти абсолютно лоялен
Это слышно с каждой из колоколен
Изо всех шапкозакидален
И сладкоголосый, как сирин
И красивый, как Сталин
Нами правит тот, кто всесилен
И идеален
От восторга мы не ругаемся больше матом
Не деремся, не курим
Нас по выходным только к банкоматам
Выпускают из тюрем
В школе, без вопросов и встречных реплик
Наши детки, краса-отрада
Собирают нам из духовных скрепок
Макеты ада
Судя по тому, как нас вертухаи обходят хмуро
И на звук подаются, дрогнув,
Скоро снова грянет большая литература
И кинематограф
На Бронной, у большого клена
Уселась пятая колонна
Друг другу Бродского читать
Куда мы вывезем, Григорий
Груз идиом и аллегорий
И общих мифов
И цитат?
Как их измерить габаритность?
Мы ищем, кто отговорит нас
Ладонь над правым рукавом:
— Чего? «В словесности»? «Элите»?
Давайте, сволочи, валите
Не оборачиваясь
Вон, еще?
Шутить о старом-добром
Покуда чемодан не собран
И над Москвой
Веселый зной
И дети знают, как по-русски
«Капустницы» и «трясогузки»
И «ряженка»
И «нарезной»
Начинаешь скулить, как пес, безъязыкий нечеловек:
Там вокруг историю взрывом отшвыривает назад
А здесь ветер идет сквозь лес, обдувая, как пену, снег
Так, что легких не хватит это пересказать
Через толщу смерти, через тугой реактивный гул
Того будущего, что прет, как кислотный дождь:
Говори все как есть, говори через «не могу»
Говори, словно точно знаешь, на что идешь
Никогда не поймешь, что прав, не почувствуешь, как богат
Разве только четверостишие, в такт ходьбе
Пробормочет старик, покидающий снегопад
И печально разулыбается сам себе You, peddlers of holiness on wheels
Organizers of secret masses
Sellers of ritual tears
Authors of dark plays
We, aging, alas
The rulers of this vast steppe
Gods of fuel and food
Directors of wars and shows
It is such scum as you
That we hate with all our souls
So, we have gathered you here
To place an order, so to speak:
We will beat the arrogance out of you
You will sit down and immortalize us:
Both the schizophasia of our speeches
And the mutations of our faces
Record everything down to the smallest detail
Remember everything down to the last crumb
So that without prying eyes
Very quietly, because anyone will betray you,
You can tell your sons about us
Inspire them with your struggle
For influence over minds
The majority will crucify you later:
We are the normal forces of darkness
Forgetting us is the worst thing of all
So, masters of telling good lies
Gifted fools:
Let's open all the notebooks
And write from the red line
We drank too much for a real fight against the regime
We slept too little for a change of system:
But fate smiles on the obsessed
And we first became creatures, then heroes
We swallowed omnipotence, surfaced
Turned into a profile on a coin
Slowly we hang the fools who came to overthrow us
No, someday it will definitely happen. But not these
These people don't know how to do anything properly except curses
They don't drink, they don't know songs: they don't love life
That's what I say during interrogations: judge for yourself, friend
How can such bores serve the fatherland? Our land is vast and abundant,
Infinitely sacred,
How many ancient bone-crushing places we have,
Centuries-old heart-wrenching sites!
Before the traveler, where it is dark,
Where it is not yet industrially developed,
A whole horizon lies, full of slaughterhouses
And places of betrayal.
Everyone here is vaccinated, anesthetized,
Absolutely loyal to the authorities,
This is heard from every bell tower,
From all the places of boastful self-deception.
And sweet-voiced, like a siren,
And beautiful, like Stalin,
We are ruled by one who is all-powerful
And ideal.
From delight, we no longer swear with obscenities,
We don't fight, we don't smoke,
On weekends, they only let us out of prisons
To go to ATMs.
At school, without questions or counter-remarks,
Our children, our beautiful joy,
Assemble for us, from spiritual staples,
Models of hell.
Judging by how the guards pass us by gloomily,
And react to the sound, trembling,
Soon great literature will strike again,
And cinematography.
On Bronnaya Street, by the big maple tree,
The fifth column has gathered,
To read Brodsky to each other.
Where will we take, Grigory,
The burden of idioms and allegories,
And common myths
And quotations?
How to measure their dimensions?
We are looking for someone to dissuade us,
A hand over the right sleeve:
— What? "In literature"? "The elite"?
Come on, you bastards, get out,
Without looking back,
There, more? Joking about the good old days
While the suitcase isn't packed yet
And over Moscow
There's a cheerful heat
And children know how to say in Russian
"Cabbage butterflies" and "wagtails"
And "fermented milk"
And "sliced bread"
You start whining like a dog, a speechless, inhuman creature:
There, history is being thrown back by an explosion
And here the wind blows through the forest, scattering the snow like foam
So that your lungs won't be enough to retell it
Through the thickness of death, through the tight jet roar
Of that future that rushes in like acid rain:
Say everything as it is, speak through "I can't"
Speak as if you know exactly what you're getting into
You will never understand that you are right, you will not feel how rich you are
Unless a quatrain, in time with your steps,
Is mumbled by an old man leaving the snowfall
And he sadly smiles to himself
Контакты